Хэллоуин

Я поверить не могла, что позволила дуэту «Джей-Вероника» потащить себя на вечеринку, посвященную Хэллоуину.

Это был мой первый выход куда-то с тех пор, как я встретила других Нефов.

Предполагалось, что на вечеринке мы услышим выступления четырех групп.

«Лэсивиэс» не играли, но я знала, что Кайден обязательно будет там. Это он дал Джею приглашение.

Моё тело напрягалось уже только от того, что я об этом думала.

Джей, Вероника и я протиснулись сквозь море машин к просторной территории, заполненной сотнями шумевших людей.

Это была полевая вечеринка с импровизированной сценой для выступавших групп. Не слишком внедряясь в толпу, мы разместились на окраине Хэллоуин, там, где начиналась граница леса.

Воздух вибрировал от сумасшедшего гула; абсолютно каждый присутствующий был облачен в костюм. Я наблюдала, как пещерный человек бросил Чудо-Женщину на плечо, и она закричала от восторга.

Робот помогал пришельцу установить кальян с одной стороны от нас, в то время как Покемоны катили пивную бочку с другой.

Многочисленная толпа суетилась и прыгала возле сцены.

Мне не давала покоя мысль: какой именно из сексуальных нарядов наденет Кайден. Возможно Адама в набедренной повязке? И кто будет его Евой сегодня вечером? Вот черт.

Это была ужасная идея.

Я разгладила лайковое черное платье, которое одела сегодня вечером Хэллоуин. По крайней мере, оно было с длинными рукавами и достигало середины моих икр. Меня терзали смутные опасения, что этот костюм надевался самой Вероникой еще в пору средней школы.

Но она клялась, что платье не обтягивало меня слишком сильно. Если Вероника и лгала, то цветовая гамма ничем ее не выдавала.

Мое лицо, шея и руки были выкрашены в зеленый цвет. К носу я прилепила слепленную из жвачки фальшивую бородавку, что привело Веронику в полнейший ужас. На моей голове взгромоздился отвратительно-черный парик с заостренной черной шляпой.

Вероника была соблазнительной Мини-Маус в красном платье в белый горох.

Джей — пиратом с повязкой на Хэллоуин глазу и причудливым фальшивым попугаем, сидевшим согнувшись у него на плече.

Скрестив на груди руки, я осматривала народ.

Мои глаза задержались на высокой горилле, смотревшей в нашем направлении. В районе его груди горела красная звезда. Я не имела не малейшего представления, как долго мы смотрели друг на друга, прежде чем я подняла руку и помахала.

— Кому это ты машешь? — оживилась Вероника.

— А-а-а, той огромной мартышке. Кажется, он пялится на… нас.

И в этот момент горилла поднял руку и почесал у себя под мышкой. Глупый жест наполнил меня радостным возбуждением. Но я не пошла к нему Хэллоуин навстречу. Я смотрела на своих друзей, кусая ноготь большого пальца.

Пожалуйста, подойди.

Когда я снова взглянула, он направлялся к нам.

Да! Мой пульс бешено застучал.

Вероника не переставала хихикать, пока он приближался к нам, но она резко замолчала, как только он снял голову гориллы и встряхнул своими влажными от пота волосами.

Краем глаза я наблюдала, как ее белый горошек подернулся ярко красным. Не могу сказать, что меня это не задело, хотя, конечно, я не могла ее в чем-то винить.

Я почувствовала прилив благодарности, когда он повернулся к Джею.



— Салют, приятель, — кивнул Кайден.

— Что нового, старик? — Они обменялись рукопожатием.

— У Хэллоуин меня есть шутка для тебя, — хмыкнул Кайден.

Джей кивнул головой в ожидании.

— В чем разница между ударником и сберегательной облигацией?

— Понятия не имею. В чем? — Джей загорелся ярко-желтым.

— Облигации достигают зрелости и, в конце концов, приносят деньги.

Они оба рассмеялись в своей особой характерной мальчишкам манере и опять хлопнули ладонями.

Пока парни были отвлечены, Вероника, наклонив голову, вскинула брови в сторону Кайдена. Я потрясла головой, и она вытаращилась на меня в полнейшем недоумении.

Ее цвета уже успокоились и приняли свою обычную гамму.

Кайден вновь перевел свое внимание на нас — девчонок.

— Это моя подруга — Вероника, — произнесла я. — А Хэллоуин это — Кайден.

— О, я о тебе столько слышала.

Вероника широко улыбнулась ему.

Он удивленно приподнял бровь, но не последовал за наживкой. Вместо этого, он с недоверчивым выражением уставился на меня.

— Милая бородавка.

Не касаясь меня, он наклонился вперед и смахнул бородавку с кончика моего носа.

Вероника несдержанно захихикала, видимо, уже полагая, что ей самой следовало одеть этот костюм.

— Я говорила тебе, это глупо! — позлорадствовала она.

Указательным пальцем я загладила образовавшееся светлое пятно на носу зеленой краской.

Когда я закончила, он все еще наблюдал за мной.

— Твои волосы заметно выросли, — сказала я ему.

— Как и твой зад.

Мои глаза округлились, и Хэллоуин кровь прилила к лицу. Вероника, согнувшись пополам, покатывалась со смеху. Даже Джей издал громкий несдержанный смешок — предатель.

Хотела бы я, чтобы Кайден не был столь наблюдательным, но это была правда. Женственные изгибы, которые, казалось, всегда меня сторонились, наконец-таки стали обозначать свое присутствие.

Дурацкое обтягивающее платье.

— Приятель, тебе, похоже, может сойти с рук все, что угодно, — объявил пират, глядя в сторону мартышки, сохранявшей совершенно непроницаемое лицо.

— Я думал, это — комплимент.

— Это было потрясающе.

Вероника схватила Джея за руку.

— Пойдем. Давай найдем мне какую-нибудь выпивку.

Она подмигнула мне, когда они удалялись неторопливым шагом.

Какое-то время я рассматривала сухую Хэллоуин потоптанную траву и разбросанные жестяные баки, прежде чем набралась духу и заговорила.

— Мой отец дал мне мобильник. И машину. И кучу денег.

Кайден опустил обезьянью голову на землю и, достав смартфон из шерстяного кармана, вытер с его поверхности пух.

Потом он взглянул на меня, держа над экраном меховой палец.

Я принялась диктовать ему номер, но его брови сошлись на переносице из-за неповоротливости собственной огромной руки.

— Давай помогу, — вызвалась я, взяв его телефон.

Сохраняя для Кайдена свой номер, я испытывала невероятное возбуждение.

Он положил телефон снова в карман и посмотрел на меня с любопытством.

— Как продвигаются дела с твоим отцом Хэллоуин и тренировкой?

— Неплохо, я думаю. — Я скрестила свои руки. — Теперь я знаю свои пределы, относительно алкоголя, и все такое.

Он изучающе посмотрел на меня и кивнул.

Мне казалось, я буду чувствовать себя неприметной и защищенной в оболочке костюма, но, на самом деле, сейчас я жалела, что была зеленой. Мои глаза прочесывали толпу. Я в любой момент ожидала появления Шептунов, и эти опасения заставляли меня поторопиться с откровенным разговором.

— Теперь я понимаю, что ты имел в виду, говоря об опасности… быть вместе. — Я шагнула ближе. — Тогда я не понимала, Кай, но сейчас я знаю.

Начала играть музыка Хэллоуин, и он повернулся к сцене таким образом, чтобы не иметь возможности смотреть мне в лицо.

Его голова покачивалась в ритм песни, и мне стало любопытно, осознавал ли он, что делает.

— Я знаю, видеть друг друга — очень большой риск, — продолжила я, ровным голосом. — Но мы можем говорить по телефону, когда твоего отца нет поблизости. Если ты, конечно, хочешь.

Я обхватила себя руками в ожидании его реакции.

Надеясь…

— Это не очень хорошая идея, — произнес Кайден, глядя на выступавшую группу.

Я забеспокоилась, что была слишком настойчивой со своей откровенностью. Паника внутри меня нарастала. Он в любой момент мог отстраниться, и наш разговор Хэллоуин завершится. А мне еще нужно было так много ему сказать.

Группа людей, стоявших неподалеку, начала издавать дикие вопли.

Парень, облаченный в костюм магистра Йоды, наклонив бочонок, расплескивал пиво на народ.

Пока Кайден наблюдал за ними, я приблизилась к нему еще на один шаг. Теперь мы стояли на расстоянии дюймов.

— Я постоянно думаю о нашей поездке, — прошептала я.

Он продолжал смотреть, как толпа пихала Йоду на землю.

— Ты когда-нибудь думаешь об этом?

Его глаза все еще изучали народ, когда он, наконец, ответил:

— Иногда.

Он отталкивал меня. Моя тревога повысилась еще на один уровень. Я ухватилась двумя руками за мех на Хэллоуин его обезьяньей груди, желая, чтобы он посмотрел на меня. Но он этого так и не сделал.

Проглотив горечь захлестывавших меня эмоций, я продолжала за него цепляться.

— Почему ты пригласил Джея на эту вечеринку?

— Я не знаю, — произнес он.

Я ухватилась за мех еще крепче, потянув его вниз.

— Я больше не могу так жить, Кай. Мне необходимо знать, что ты чувствуешь. Не зависимо от того, что именно… мне нужно знать, чтобы принять решение.

— Я думал, к этому времени ты уже справишься с этим.

Когда он, наконец, опустил на меня свой суровый взгляд, мне захотелось колотить об его грудь кулаками.

— Так не Хэллоуин бывает! — возразила я.

Он смотрел в мои глаза, но больше не произнес ни слова. Значит, вот как это будет.

Прекрасно.

Я отпустила его костюм и отступила назад.

Вокруг уже совсем потемнело.

Зажглись два костра, и языки пламени, казалось, насмехались надо мной, двигаясь в своем первобытном танце.

Дым тянулся в нашем направлении, густой и удушающий.

— Не приглашай больше Джея никуда, Кайден. Если будет хоть малейшая вероятность, что там будешь ты — я не пойду. Видеть тебя доставляет мне слишком много боли.

— Тогда почему ты пришла? — спросил он с небольшим интересом.

Почему, действительно? Вес парика и шляпы становился невыносимым. Я сорвала их прочь Хэллоуин и бросила к ногам, спутанные волосы упали на мои плечи.

В голову не приходило не единого связного ответа.

При виде моих обрезанных осветленных волос, его рот открылся. Но он очень быстро взял себя в руки.

— В таком случае, тебе лучше уйти, — произнес он приглушенным голосом.

Оцепеневшая, я кивнула в знак согласия.

Все кончено. Он не откроется мне, ни сегодня ночью, ни… когда бы то ни было. Как же больно было видеть его упрямое, жестокое безразличие.

Я не смогла заставить себя сказать «До свидания», когда, развернувшись, направилась прочь в неопределенном направлении.

Не оборачивайся, твердила я себе, не имея ни малейшего Хэллоуин представления, куда запропастились мои друзья.

— Подожди, — окликнул меня Кайден.

Я крепко зажмурилась на пару секунд, но продолжала идти дальше. И тут я почувствовала его руку на своем запястье. Он развернул меня с полуоборота и прижал к своей груди.

Его лицо было так близко.

Он потянулся вниз и припал своей шерстяной ладонью к моей щеке. Его большой палец усиленно стирал краску с моей верхней губы.

Я отпрянула назад.

— Что ты делаешь?

— Я… — Казалось, он и сам не знал ответа. — Я хотел увидеть твою родинку.

Уязвимая нежность смягчила его черты. И вынести это оказалось сложнее, чем любое проявление холодности.

Мне Хэллоуин понадобилось собрать каждую крупинку своей силы воли, чтобы не начать молить об одном последнем поцелуе. Но уже через несколько секунд его лицо вновь превратилось в камень.

— Что тебе от меня нужно, Кай?

— Для начала? — Его голос понизился до чувственно-опасных глубин. — Я хочу познакомиться с каждой родинкой на твоем теле.

Меня сотрясала предательская дрожь.

— Значит, только физическое влечение, так? — прояснила я. — Это все, что тебе нужно?

— Скажи, что ты ненавидишь меня, — потребовал он.

Я чувствовала его дыхание на своем лице.

— Но я не ненавижу тебя. Я не могу.

— Ты можешь, — с уверенностью произнес он, притягивая меня к Хэллоуин себе еще сильнее. — И ты должна.

— Я отпускаю тебя. — Мой голос дрожал. — Но только потому, что должна. Мне нужно продолжать жить дальше… но я никогда не смогу тебя ненавидеть.

— Того, кто ушел, — прошептал Кайден.

— Никто из нас не ушел, — возразила я. — И, помоги мне Боже, если ты начнешь нас сравнивать с незавершенной игрой, которая слишком сильно затянулась…

Он отпустил меня, и я, с трудом устояв, отступила на шаг.

Мне нужно было убираться прочь, прежде чем я начала цепляться за него, умоляя признать свои чувства, какими бы они не были.

Поэтому — так же, как когда-то в аэропорту — я ушла от Хэллоуин него в никуда, волоча позади себя свое разбитое сердце…

Я не оглянулась.

Игра окончена.


documentarkllcz.html
documentarklsnh.html
documentarklzxp.html
documentarkmhhx.html
documentarkmosf.html
Документ Хэллоуин